[caption align="aligncenter" width="800"] Последняя фотография Рамазана Гаджиева. За несколько секунд до трагедии.[/caption]

Никогда не смогу забыть тот злополучный вечер. 11 лет назад в не стало Заслуженного деятеля искусств России, художественного руководителя и главного дирижера Республиканского Государственного хора Рамазана Гаджиева.

[caption align="aligncenter" width="800"] Последний концерт Рамазана Гаджиева[/caption]

Оказывается, в жизни случается и такое - ТРИУМФ И ТРАГЕДИЯ В ОДНО МГНОВЕНЬЕ! Впервые с таким столкнулась. Это был первый концерт Дагестанского хора после того как он распался при ГТРК "Дагестан" и был восстановлен вновь при Министерстве культуры, для чего Рамазан Магомедович приложил немало усилий. В тот день в доме Гаджиевых царила праздничная обстановка. Собирались вечером после концерта накрыть ужин для друзей и близких. Но судьба распорядилась иначе. Завершился концерт под гром восторженных аплодисментов. Рамазан Гаджиев выразил благодарность министерству культуры, солистам хора, зрителям и всем, кто в этот радостный вечер находился рядом с ним и его коллективом. После чего он повернулся лицом к солистам, попросил еще раз исполнить коронную песню хора "Многие лета". Очень многие из зрителей поднимались на сцену с цветами поблагодарить и выразить свое восхищение маэстро. Вот и Карина, его любимая дочь, счастливая идет поздравить отца с триумфальным концертом. Успела вручить роскошный букет и обнять отца. Только она отошла, с букетом подошла свояченица Рамазана, а супруга Залму поднималась на сцену с букетом. Рамазан Магомедович потянул руку, чтобы взять цветы. И в этот момент я заметила, что он падает. Фотоаппарат из рук чуть выронила. Упал и букет из рук супруги. Врач по профессии она сразу поняла, что его невозможно спасти - третий инфаркт. Но до последнего вздоха сидела у изголовья и читала дуа. Врачи на двух машинах "скорой помощи" оказались бессильны. И Карина, до последнего обтирала грудь отца. Все ожидали чуда. Зрители долго не отходили. Солисты хора, близкие и родные все в шоковом состоянии. "Какая красивая смерть! - кто-то прервал молчание. Это был композитор Магомед Гусейнов. - Как бы я хотел себе такую смерть." Рамазан Магомедович ушел от нас в расцвете творческого взлета, счастливый, от того, что ему удалось восстановить распавшийся хор. Ушел в красивом дирижерском фраке, с дирижерским жезлом в руках, утопая в роскошных букетах. "Рамазан цавувасса гьавасрал цIарал ччувччуну лавгунни", - говорил Ширвани Чалаев. "Сгорел в своих эмоциях" В тот вечер до конца концерта из журналистов осталась только я, хотела взять у Рамазана Магомедовича интервью. Фотографы сняли начало концерта и ушли. На следующий день телефоны нашей редакции горели от звонков. Все спрашивали, нет ли у меня других фотографий и не могу ли я им их продать. Нет! Не было. И быть не могло. Я журналист национальной газеты. И мы никогда не позволяем себе переходить грань журналистского этикета, ради резонансного материала. А в "Илчи" я дала лишь пару предложений о трагедии и вот эту последнюю фотографию из жизни маэстро, где дочь вручает ему цветы. А к 40 дням написала большой материал на 3 полосы с воспоминаниями о Рамазане Гаджиеве его друзей, коллег и почитателей его таланта. Светлая память маэстро! Любим и помним!

Зулейхат Тахакаева